m_oduvanka

Уважаемые страдающие механико-депульсивной болезнью! А я вижу, вы страдаете, потому что мои любимые френды ничего не пишут. Так что точно одно из двух, они либо страдают, либо уехали за город или прочь из Евразии и где-то там, где им интернет не нужен, истерически веселятся. Но если вы здесь и каждые пять минут сердито обновляете ленту друзей, то пожалуйста вам немного контентика. Я вот прочитала последний роман Хэма, Острова в океане. Показалось сентиментально, показалось, что иногда или частенько провисают его многочисленные фирменные диалоги, много выпивки, рыбалки, Дитрих, есть еще разные соображения, но их при личной встрече, взволнованно, глядя в глаза я вам расскажу, а пока лучше зачитаю два отрывка, которые больше других приглянулись:

1
К чему сейчас все это вспоминать, подумал он. Барон умер, фрицы заняли Париж, а ребенок у принцессы так и не родился. Не будет его крови ни в каком королевском доме, разве что когда нибудь пойдет у него из носу кровь в Букингемском дворце, что маловероятно.

2
— Это веселая история, — сказал Томас Хадсон. — Когда мы в первый раз поехали с Томом в Европу, ему исполнилось всего три месяца, а пароходишко был древний, маленький, тихоходный, и море большей частью было бурное. На пароходе пахло трюмной водой и машинным маслом, и медью иллюминаторов, покрытых смазкой, и lavabos /уборными/, и дезинфекцией — большими розовыми лепешками, которые клали в писсуары…
— Pues, что то не очень весело.
— Si, mujer. Ни черта ты не понимаешь. Это веселая история, очень веселая. Так, продолжаю. Кроме того, на нашем пароходе пахло ванными, и ты должен был мыться в определенные часы, а не помоешься, тогда стюард при ванной будет презирать тебя; пахло горячей соленой водой, льющейся из медных кранов в кабине, и мокрой деревянной решеткой на полу, и накрахмаленной курткой стюарда. Кроме того, там пахло дешевой английской стряпней, что способна испортить человеку настроение, и потухшими окурками сигарет «Вудбайнз», «Плейерс» и «Голд флейкс» в курительной комнате и всюду, где их ни бросят. Там не было ни одного приятного запаха, а ты ведь знаешь, что от англичан — и от мужчин и от женщин — идет специфический дух, они сами его чувствуют, как негры чувствуют наш запах, и поэтому им надо очень часто мыться. От коровы, когда она дыхнет на тебя, пахнет сладко, а вот от англичан — нет. И курение им не помогает, трубка может только добавить кое что к их запаху. Правда, твид у них пахнет хорошо, и кожаная обувь, и седельное снаряжение тоже хорошо пахнет. Но на пароходе седельного снаряжения не бывает, а твид пропитан вонью потухшей трубки. Единственный приятный запах на этом пароходе можно было почувствовать, уткнувшись носом в высокий стакан с сухим искристым девонским сидром. Сидр пах замечательно, и я утыкался в него носом по мере своих возможностей. Иногда даже превышая их.
— Pues. Вот это уже немножко повеселее.